сдвинули назад второй ряд сидений, вдвое расширили люк и поставили на специальную, применяемую американской Секретной службой турель пулемет М2. В багажнике – место осталось только для двух сидений, поставленных спиной к бортам напротив друг друга. В этой машине – место было для шестерых, на шестерых у них было три автомата, два легких пулемета НК23 и снайперская винтовка MSG-90 стоимостью двенадцать тысяч долларов США. Люди, которые сидели в этой машине – ехали в относительном комфорте, они не глотали пыль и весь дискомфорт был только в том, что РейнджРовер походило на бригантину в шторм – он взлетал на гребни барханов и смело летел вниз под углом градусов двадцать. Но хозяин любил именно такую охоту – и приходилось терпеть.
На заднем сидении Ламборгини – сидел человек, которому сильно повезло в жизни. Так, как ему повезло – не везло, наверное, никому, потому что он родился членом королевской семьи. И не британской, скажем – где надо служить в армии, и установлены всяческие дурацкие ограничения – а саудовской. Это был пропуск в рай. Сразу. С рождения.
Этого человека звали принц Али и он был одним из племянников монарха. Он закончил привилегированную лондонскую школу, где запомнился тем, что ударил преподавателя, а потом – и Оксфорд. На занятиях он появлялся нечасто – но диплом сдал с отличием. Как? А очень просто. Согласно религиозным требованиям – как он объяснил – он должен был носить одежду, и головной убор, частично закрывающий лицо. Ну и кто отличит одного молодого араба от другого молодого араба? И кому это надо?
Принц Али занимался важной работой – в отличие от других своих родственников, которых насчитывалось аж пять тысяч человек – он не бездельничал. Дядя – поручил ему важный пост в компании АРАМКО – саудовском монстре, который после эмбарго семьдесят третьего года – монопольно распоряжался добываемой в Саудовской Аравии нефтью. Если раньше – американские ублюдки покупали кровь его земли за пять долларов США за бочку – то теперь цена была около двадцати долларов, а недавно – она доходила и до тридцати пяти и до сорока. Более того – если раньше американцы большую часть денег клали в свой же карман, потому что нефть добывали от своего имени – то теперь такого уже не было. Нефть добывалась на основе крайне жесткого СРП – соглашения о разделе продукции. Причем – саудовскую долю нефти позволялось вывозить только на саудовских танкерах – которые были куплены у американских судовладельцев за бесценок. Перерабатывалась нефть – тоже в основном на заводах АРАМКО, по крайней мере та, что шла в Европу точно. Все это – наполняло казну Саудовского королевства деньгами. И его карманы – тоже.
А еще принц Али был агентом британской разведки. Им он стал на первом же курсе Оксфорда – после того, как его пригласили в полицию и суперинтендант, смотрящий на него как на дерьмо, прицепившееся к ботинку – объяснил, что в Британии не принято насиловать и убивать женщин. Даже неверных и падших.
Да, да… Был у принца такой грешок. Возможно – он у него возник потому, что в детстве его родители не уделяли ему внимания, а возможно – потому что в девятилетнем возрасте его изнасиловал старший брат. Первую женщину он изнасиловал и убил вместе с братом еще до отправки в Англию – это была пакистанка, работавшая здесь на рабских правах, и никто не стал бы ее искать – тем более они вывезли ее далеко в пустыню[10]. Потом он изнасиловал и убил проститутку в Лондоне – и британская полиция сработала намного лучше родной саудовской. И МИ5, британская разведка – тоже. Пока он пребывал в Англии и «учился» – полиция закрыла глаза еще на несколько исчезновений женщин – принц научился быть осторожнее. А тут, у себя дома – он разошелся вовсю.
Но дело сейчас было не в этом. Он просто ехал на охоту.
На соседнем сидении – сидел человек по имени Клингмайер, Франц Клингмайер. Карьера его – сначала школа горных егерей, потом девятая группа пограничной охраны ФРГ – прервалась после того, как он застрелил террориста из Красных бригад, уже сдавшегося – и об этом проведали журналисты. В прессе было много левачествующих, одна Ульрика Майнхофф[11]чего стоила. Клингмайеру пришлось бежать из страны и зарабатывать деньги на темном рынке наемников и частных охранных структур. После двух лет весьма сомнительного существования – он вышел на контору, которая нанимала людей для работы на саудовских приисках. Еще через два года – принц Али выбрал его в качестве начальника своей охраны – после того, как прежний пропал без вести. Здесь в основном были в ходу бывшие бойцы британской САС – но Али любил выделиться. Кроме того – он опасался, что новый британский начальник его охраны – так же будет совать нос куда не положено и узнает лишнего о его маленьких грешках и проделках. А немцы – тупые и педантичные до предела, что им скажешь – они то и будут делать. От и до.
Именно Клингмайер, который ни на минуту не забывал о своих обязанностях, даже здесь, в пустыне, где опасности вроде как и нет – первым заметил дым за барханами. Это не был черный дым от горящей техники, столбом поднимающийся вверх – это был дым лот бедуинского костра, легкий и почти незаметный – местные растения, если их и удается собрать для костра, горят быстро и почти без тепла. Как бы то ни было – это была закрытая зона и никаких костров здесь быть не должно.
– Внимание. Справа – привлек он внимание водителя.
– Вижу – подтвердил водитель.
– Что там? – спросил принц нервно
– Дым.
Клингмайер снял с приборной панели гарнитуру микрофона.
– Волк один волку два, выйдите на связь.
– Волк два на связи.
– Проверить справа. Соблюдать осторожность.
– Волк один, вас понял, выполняю.
РейнджРовер ускорился, выходя вперед, и пошел вправо, едва не переворачиваясь на крутом бархане.
– Засранцы… – проворчал Клингмайер. Он не любил рисковать – вообще и этим отличался от англичан. Он любил, чтобы все было сделано безупречно, до мелочей.
– Волк два, это Волк один, что там у вас? Вы едва не перевернулись на гребне.
– Волк один, наблюдаем группу людей и верблюдов, шесть человек и восемнадцать верблюдов. Вооружены старыми винтовками, сидят у костра. Кажется, что-то готовят.
– Волк два, вопрос – они представляют опасность?
– Волк один, визуально – нет опасности, повторяю – нет опасности!
– Что там происходит?! – задал вопрос принц.
– Кажется, какие-то бродяги с верблюдами затеяли пикник – проворчал Клингмайер – надо ехать дальше.
– Нет, надо поговорить с ними. Я хочу поговорить с ними! – сказал принц – поворачивайте! Я хочу поговорить с ними!
Клингмайер только коротко кивнул водителю. По его мнению – в пустыне не стоило связываться ни с кем лишним, и если уж ты едешь на охоту – так и езжай, не надо никуда сворачивать. Но принц был его работодателем и он вынужден был выполнять его указания. Хотя – принц хоть и платил хорошо ему и его людям – он изрядно поднадоел им, как истеричная, всюду сующая свой нос баба.
Ламборгини развернулся – и ринулся на штурм бархана. Это далось ему намного проще, чем РейнджРоверу – чудовищная тяга двенадцатицилиндрового двигателя, позаимствованного у катера давала о себе знать.
Как только Ламбо скрылся за барханом – песок метрах в ста дальше по ходу движения зашевелился – и из него появились два человека. Одетые в странный, буро-песчаный камуфляж, с закрытыми какой-то дерюгой лицами, в которых только напротив глаз была волосяная сетка как в чадре – они казались джиннами, духами пустыни, которые воруют путешественников от ночных костров. Но у джиннов – не бывает снайперских винтовок Драгунова – а у этих существо они были, пусть и обмотанные такой же серой, пыльной дерюгой.
Бесшумно и быстро – эти существа бросились по следу уехавшего Ламборгини…
Это было поселение. Уже разрушенное – в пустыне немало таких. Бывший оазис, люди бросили его, когда в колодце кончилась вода. Низкие строения, построенные из смеси глины, песка и верблюжьего навоза, сейчас полузанесенные песком и без крыши. Чудом сохранившаяся пальма – но без единого зеленого лепестка. Провал в земле – там, где раньше был колодец. И стадо верблюдов – со спутанными ногами возле небольшого костра и людей.
